2.
Таня медленно брела по незнакомой местности. Легкие туфли-лодочки на тонкой подошве плохо подходили для прогулок по лесу. Каждый корешок, каждая веточка, попадавшиеся под ноги, ощущались так, будто она шла по ним босиком. Тем не менее, несмотря на это, она продолжала идти.
Разбуженная появлением крестьян, она попыталась заговорить с ними, но крестьяне убежали, а Татьяна поспешила следом, справедливо полагая, что неподалеку будет деревня, а значит, можно будет попробовать найти помощь, а там, глядишь, она поймет, как дать знать друзьям о ее местоположении и, возможно, они придумают, как ей помочь.
Через некоторое время она выбралась из леса на проселочную дорогу. Идти стало легче, и женщина немного приободрилась и даже прибавила шагу, периодически с интересом поглядывая по сторонам. Лес остался позади, и теперь по обе стороны дороги тянулись поля, буйную зелень которых то тут, то там разбавляли яркие пятна цветов. Что это были за цветы, Татьяна не знала, а останавливаться, чтобы рассмотреть из поближе, не стала, - очень уж хотелось поскорее добраться до ближайшего населенного пункта.
Впереди, на самом горизонте появилась темная точка. Точка росла, приближаясь, и Тане показалось, что она слышит едва различимый шум голосов. Она еще ускорила шаг и вскоре уже смогла разглядеть, что в ее сторону быстрым шагом движется небольшая группа людей.
Когда между ними осталось метров десять, люди замерли на месте. Шедший впереди человек жестом показал, что не собирается подходить ближе и женщине пришлось остановиться. Некоторое время ничего не происходило, казалось, пришедшие внимательно изучают её, и Таня не стала стесняться и тоже принялась рассматривать их.
Впереди стоял человек, сильно отличавшийся от своих спутников внешним видом. Серые брюки-хакама, светлое кимоно, темно-синее хаори и два меча в купе с прической явственно выдавая в нем самурая. Лицо его было хмурым, не выдававшим никаких эмоций.
За его спиной Таня разглядела еще троих. Лица двух человек показались ей знакомы. Ах, да! Это же та супружеская пара, которая так поспешно убежала, едва она попыталась с ними заговорить. Впрочем, они и сейчас выглядели напуганными. Женщина по-прежнему пряталась за спиной мужа, но любопытство явно оказалось сильнее страха, и она нет-нет, да и бросала заинтересованные взгляды на стоящую посреди дороги незнакомку.
Третьим был пожилой мужчина, одетый чуть лучше, чем супруги, из чего Таня сделала вывод, что он, вероятно, староста той деревни, где проживала чета крестьян. Мужчина очень настороженно смотрел на иностранку, потом что-то негромко проговорил, склоняясь перед самураем. Что именно он сказал, Таня не разобрала, но самурай ожег его взглядом и тот отступил на несколько шагов.
Самурай повернулся к Татьяне и громко, стараясь, чтобы она услышала, произнес:
- Я Такиими Киёясу, хатамото¹ хан² Иё-Мацуяма, даймё³ Мацудайры Катамори. Кто ты и что тебе нужно?
Татьяна вслушивалась в его слова чуть склонив голову, в попытке осознать услышанное. Нет, она поняла, что он назвал свое имя и положение и ждал ответного представления и ответа на интересующий его вопрос, но что ему ответить, она не могла решить. Не говорить же ему, в самом деле, что она гостья из будущего? Она невесело усмехнулась. Самурай же, видимо решив, что она плохо его поняла, набрав в грудь побольше воздуха, повторил свою тираду. И тут женщину осенило. Зацепившись за фамилию даймё, неожиданно для себя она выпалила:
- Окита Содзи! Я ищу Окиту Содзи! – и лишь потом сообразила, что она несет. А если в этом мире Окита уже мертв? Или он жив, но при смерти? А если и не болен, то… он совершенно не знает, кто она такая. Что ж, отступать было уже поздно, оставалось надеяться, что ее Окита сможет прийти ей на выручку, и теперь на все вопросы она твердила лишь то, что ей нужен Окита Содзи.
Самурай немного подумал, бросил короткое:
- Следуй за мной, - развернулся и пошел в обратном направлении.
Крестьяне посторонились, пропуская сначала воина, потом чужестранку, и неспешно двинулись следом, уже в открытую разглядывая чудную незнакомку, чья светлая кожа, светлые волосы и одежда непривычного покроя так сильно контрастировали с привычным для селян положением вещей.
Вскоре показалась небольшая деревня и шедшие позади крестьяне разошлись по своим домам. Улица, по которой они шли, была пуста, но все же женщина спиной чувствовала любопытные взгляды. Таня обернулась. Дверь ближайшего дома с тихим стуком захлопнулась, но она успела заметить тоненькую женскую фигурку, испуганно юркнувшую в глубину дома. Конечно, подумала она, такая диковинная птица к ним залетела. Вряд ли иностранцы встречаются здесь на каждом шагу. Она попробовала вспомнить, где в этом времени были поселения иностранцев. Так. Открытыми были порты в Йокогаме, Симода, Хакодатэ, Ниигата, Кобэ и Нагасаки. Ближе всего к Тама находился порт Йокогама, и все же не настолько близко, чтобы можно было быстро добраться туда. Так что иностранцы для них действительно большая диковинка.
На выходе из деревни Таня еще раз оглянулась. На дороге стояло несколько человек, то ли самых бесстрашных, то ли самых любопытных. Женщина остановилась, повернулась к ним и, улыбаясь, поклонилась. Селяне склонились в ответном поклоне – страх страхом, а вежливость никто не отменял.
Развернувшись обратно, Таня заметила, что самурай тоже остановился и с интересом наблюдает за ней. Она прибавила шаг, но едва расстояние между ними начало сокращаться, он поспешно отошел, давая понять, что приближаться не следует. Женщина пожала плечами, и прекратила попытки подойти поближе.
Шли они долго, и Татьяна начала уставать. Болели сбитые еще в лесу ноги, да и стоявшее в зените и нещадно палящее солнце немилосердно пекло голову. Несколько раз она споткнулась, но упрямо продолжала идти, не желая показывать мужчине свою слабость, но втайне мечтая о передышке, хотя бы и совсем небольшой.
Впереди замаячил перекресток. Дорога раздваивалась, и Таня с ужасом подумала, как же Окита, если он все же доберётся сюда, сможет понять, куда ему идти дальше, где ее искать?
На самой развилке, на одной из обочин, расположилось небольшое деревянное строение, внутри которого стоял камень с вырезанным на нем изображением и надписями. Домик для бога, ками, вдруг пронеслось в памяти. И тут же в голову пришла одна мысль, показавшаяся ей весьма привлекательной. Она запустила руку в сумочку и вытащила картхолдер. Помимо банковских, в нем находилось и с десяток дисконтных карт. Таня достала одну и зажала ее в ладони. Остальные убрала обратно. Эх, понять бы еще, по какой дороге они пойдут…
Поравнявшись с ками и проследив глазами за самураем, женщина остановилась, сложила руки в молитвенном жесте и замерла. Она заметила, что шедший по дороге самурай тоже остановился и с удивлением наблюдает за ее действиями. Таня легко улыбнулась и склонилась перед божеством, опуская на землю маленький пластиковый прямоугольник, стараясь уложить его так, чтобы он мог послужить указателем. Поклонившись с извинением самураю, показала, что готова идти дальше и они отправились в путь.
Несколько раз им попадались другие ками, и Таня снова останавливалась и оставляла на земле очередной цветной прямоугольник.
Самурай продолжал с неподдельным интересом следить за ней и когда Таня в очередной раз остановилась у новой часовенки, видимо, решил, что женщина набожна, к тому же уважает местных богов. В результате он разрешил ей приблизиться, сократив расстояние между ними почти вдвое.
