Вступления не будет. Не знаю, что писать ,
1.
Абелард сидел, подперев кулаками подбородок, и задумчиво смотрел на погасший экран монитора. С того момента, как он погрузился в память молодого человека, прошло достаточно времени. Ему удалось внушить самоотверженному инженеру не вносить фатальных изменений в чертежи, так что, взрыва или любой другой диверсии можно было не опасаться. Сейчас Абеларда занимал совсем другой вопрос.
Мужчина в нелепых и даже смешных очках, в несуразном клетчатом пиджаке и неприлично волосатой шевелюрой появился перед Эдди довольно внезапно. Вот в зале пусто, и вот уже мужчина улыбается бармену. Да, в зале пусто, это напрягало. Небольшое уютное заведение готовилось рухнуть под тяжестью долгов, погребя под руинами и Эдди, и кофейный автомат, которым он гордился. Заодно и Паулину, которая ведала выпечкой. Не в чести теперь выпечка и хороший кофе. Или виной всему недостаток денег? Или то, что дорога в центральный город все более пустеет?
Вступления не будет. Не знаю, что писать.
**************
1.
Первый луч солнца робко скользнул в комнату. Пробежался по широкому подоконнику, спрыгнул на пол. Наткнулся на ворох сброшенной впопыхах одежды. Осторожно перебрался через него и тихонько вскарабкался по краешку шелковой простыни на постель, где, обнявшись, спали два человека. Задержавшись на мгновение у самого уголка подушки, лучик гордо прошествовал дальше, по щеке спящего, согревая ее своим невесомым прикосновением. Не просыпаясь, мужчина прикрыл лицо ладонью, но луч настойчиво полз дальше, стараясь пробраться под сомкнутые веки, мешая спать.
Вступления не будет - не знаю, что писать.
1.
Время неумолимо летело, не оставляя ни единой свободной минутки, ни единой крохотной возможности еще каким-либо образом затянуть процесс сборки действующей машины времени. Юра, как мог, долго наносил на ватман чертежи, когда-то давно предоставленные ему другом. Он, конечно, помнил все, до мельчайших деталей, но мужчине хотелось внести туда некоторые изменения, которые могли бы стоить ему жизни, если бы кто-нибудь их обнаружил, а так, он надеялся, его поправки заставят похитителей расплатиться за все их деяния.
— Достало! Меня все достало!
Прыщавый, нескладный, неряшливый подросток с тоской смотрел в окно, наблюдая, как снег перемешивается с дождем, заставляя машины махать дворниками, а пешеходов пугливо жаться к домам, потому что водители без разбора заезжали в лужи, не считая этих самых пешеходов за людей. Стояла та самая осенняя пора, которую не мог любить никто. Слякоть, хмурые дни, ветер и никаких радужных надежд.
— Катя, надо попытаться наладить жизнь заново.
Она молчала, позволила его пальцам забрать свою ладонь, сосредоточенно смотрела на него, но в район подбородка, не желая встречаться взглядом.